Подборка ТОП-10 фильмов ужасов за 1996 год
1996 год обошёлся с хоррором довольно сухо: всего вышло около сорока фильмов и добрая половина из них находилась на грани между проходным трэшем и откровенной неудачей. Собрать полноценную десятку лучших оказалось задачей не из лёгких: пустоты заполнялись сиквелами (которые никто не просил), и малобюджетными экспериментами, не всегда добиравшимися до зрителя. И всё же именно на этой скупой почве случилось событие, в одиночку перезапустившее жанр и подарившее слэшеру вторую жизнь — бесспорный победитель года без преувеличения изменил правила игры (вы узнаете его сразу же, как только взглянете на список). А также этот год оставил нам несколько картин, которые навсегда останутся в памяти (пусть их и немного). Итак, смотрим ТОП-10 фильмов 1996 года:
10. Худеющий / Thinner (США)
Режиссер: Том Холланд
Замыкает нашу 10-ку экранизация романа Стивена Кинга (написанного под псевдонимом Ричард Бахман) — фильм, который вряд ли претендовал на звание шедевра, но в 1996 году, небогатом на яркие хоррор-события, сумел обратить на себя внимание. Режиссер Том Холланд («Детские игры») берет классическую притчу о цыганском проклятии: адвокат, сбивший старуху, получает неотвратимое наказание: его тело начинает стремительно худеть вплоть до полного исчезновения. Идея сильная и по-кинговски метафоричная, однако реализация получилась не очень ровной (что, впрочем, не помешало картине найти своего зрителя и обеспечить себе место в нашем рейтинге).
Главные достоинства «Худеющего» лежат в его энергетике и непредсказуемом тоне: Холланд делает ставку на гротеск, абсурд и почти черную комедию, и этот подход обеспечивает фильму крепкий динамичный темп. Практические эффекты, пусть и далекие от совершенства, обладают своим собственным шармом: трансформации героя, по сегодняшним меркам устаревший грим и физические метаморфозы напоминают о времени, когда хоррор создавался без цифровых эффектов, и в этом своя ностальгическая ламповость. Отдельного упоминания заслуживает финал — один из самых сильных моментов всей картины, который резко меняет восприятие происходящего и оставляет послевкусие, куда более горькое, чем можно было ожидать от полутора часов гротескного веселья.
В итоге «Худеющий» — пусть и не хватающий звезд с неба фильм, но он уверенно попадает в десятку благодаря удачному стечению обстоятельств и собственной неубиваемой харизмы. В нем нет глубины других фильмов ТОПа, но он честно отрабатывает свой хронометраж, не давая скучать и удивляя неожиданными поворотами. Для поклонников творчества Кинга и любителей хорроров девяностых с налетом трэша — вполне достойный вариант на вечер.
9. Синдром эбола / Ebola Syndrome (Гонконг)
Режиссер: Герман Яу
Девятое место рейтинга занимает пожалуй самый откровенный и бескомпромиссный представитель запретного гонконгского кино — «Синдром эбола» режиссера Хермана Яу. В 1996 году, когда мировые хорроры все чаще уходили в психологизм или подростковые слэшеры, гонконгская индустрия продолжала выпускать предельно жесткие ленты, рассчитанные на самую непритязательную и требовательную к зрелищности аудиторию. В центре сюжета — разносчик пиццы по имени Кай (которого блестяще играет Энтони Вонг, уже успевший зарекомендовать себя как король трэшевых ужасов). Совершив убийство и изнасилование, герой сбегает в Южную Африку, где заражается вирусом Эбола и начинает сознательно распространять смертельную болезнь, превращаясь в живого переносчика хаоса.
Фильм начинается с откровенной сцены насилия и далее не сбавляет оборотов: здесь есть все, от чего обычно отворачиваются даже бывалые любители ужасов — вскрытие животных, патологоанатомические столы, отвратительные детали пищевого производства и бесконечная череда изнасилований и убийств. Однако при всей своей внешней оскорбительности «Синдром эбола» умудряется балансировать на грани черной комедии и абсурда — режиссер настолько гиперболизирует каждое действо, что происходящее скорее воспринимается как гротескный аттракцион. Да и диалоги, наполненные грубым юмором, регулярно сбивают пафос, превращая потенциально тяжелое зрелище в энергичный, почти пародийный кровавый цирк.
Что действительно выделяет эту ленту на фоне других представителей своего жанра — техническое исполнение. Дело в том, что в отличие от многих дешевых треш-поделок, «Синдром эбола» снят с технической точки зрения на должном уровне: операторская работа, монтаж и звук соответствуют стандартам качественного гонконгского кино девяностых. Энтони Вонг выкладывается на все сто — его харизма и готовность к любым эксцентричным решениям превращают отталкивающего персонажа в запоминающегося антигероя, удерживающего внимание весь хронометраж. Особенно выделяется финальный погром в гостинице, где безумие достигает апогея, и эта сцена давно стала визитной карточкой картины. Пусть фильм не претендует на глубину или мораль, но именно такая бескомпромиссная, технически добротная и невероятно энергичная работа заслуживает своего места в десятке (для тех, чей желудок готов выдержать это безумное путешествие).
8. Зловещая луна / Bad Moon
Режиссер: Эрик Рэд
На восьмой строчке располагается «Зловещая луна» канадского режиссера Эрика Реда — один из самых недооцененных оборотничьих хорроров девяностых. Фильм основан на романе Уэйна Смита «Тор», что уже делает его необычным: в книге история рассказывается от лица собаки по кличке Тор (и хотя лента не следует этому приему до конца, пес остается ключевым персонажем, фактически выступая главным героем и совестью всей семьи). Сюжет классический: ветеринар Тед (Майкл Паре) после укуса оборотня в джунглях возвращается в дом сестры и ее сына, не подозревая, что с собой он принес проклятие, которое превращает его в чудовище каждую ночь. И несмотря на кажущуюся банальной завязку, с первых кадров становится ясно: перед нами крепко сделанный фильм, который выгодно отличается от многих коллег по цеху.
Техническое исполнение «Зловещей луны» — ее главный козырь: операторская работа однозначно на высоте, и более того, некоторые кадры (например, панорама с высоты птичьего полета) напоминают по уровню не что-нибудь, а знаменитое вступление к «Сиянию» Кубрика. Режиссура Эрика Реда уверенная, актерский ансамбль (особенно Мэйсон Гэмбл в роли мальчика и собака-актер Примо) работает слаженно и хорошо, персонажам веришь и погружаешься в сюжет. Но главное, что выделяет ленту на фоне современных CGI-монстров — это практические эффекты. Чего стоит сам оборотень, созданный с помощью аниматроники и классического грима! С одной стороны — будем честны, его искусственность вполне заметна, но она дает именно то ощущение осязаемой реальности, которого так не хватает цифровым созданиям. Шерсть, текстура кожи, движение механической морды — все это обладает плотностью и весом, делая появление монстра по-настоящему зрелищным.
Увы, именно здесь же кроется и главная слабость картины. Первые две трети держат внимание на пределе: напряжение нарастает, отношения между Тедом, сестрой и Тором проработаны очень убедительно, да и ночные сцены действительно пугают. Но в третьем акте сюжет начинает давать сбои: появляются необъяснимые логические дыры, решения героев становятся натянутыми, а финальная развязка оказывается чересчур поспешной и смазанной. Даже досадно: если бы создатели уделили сценарию больше времени и усилили концовку, «Зловещая луна» вполне могла бы претендовать на звание одного из лучших оборотничьих фильмов всех времен. Однако даже в нынешнем виде она остается атмосферным хоррором, который смотрится с искренним удовольствием, особенно для поклонников старых школ, ценящих живую фактуру монстров, отличный визуал и нетривиальный взгляд на классические мифы.
7. Дрожь земли 2: Повторный удар / Tremors II: Aftershocks (США)
Режиссер: С. С. Уилсон
Седьмое место в нашем рейтинге занимает сиквел культового монстр-муви 1990 года — «Дрожь земли 2: Повторный удар», который вышел спустя шесть лет после оглушительного успеха оригинала. В 1996 году, когда жанр ужасов все чаще уходил в подростковые слэшеры, возвращение к классической формуле «люди против гигантских подземных червей» выглядело почти ностальгически. Режиссер С.С. Уилсон, работавший над спецэффектами первого фильма, берет на себя постановку и делает ровно то, что нужно фанатам: сохраняет дух оригинала, не пытается переизобрести жанр и честно отрабатывает бюджет. События переносятся в Мексику, где на нефтяном месторождении объявляются новые грабоиды, и старого знакомца Эрла Бассетта (Фред Уорд) вновь призывают на охоту, теперь в компании неизменного параноика-оружейника Берта Гаммера (Майкл Гросс) и новичка Грейди, который пытается заменить выбывшего Кевина Бэйкона.
Главное достоинство картины — верность оригиналу во всем, что касалось тона и визуального ряда. Юмор здесь такой же дурашливый и самоироничный: диалоги между Эрлом и Бертом искрят той же химией, что и в первом фильме, а сценарий щедро сдобрен комичными ситуациями и удачными репликами. Спецэффекты, как и шесть лет назад, сделаны с душой — создатели вновь используют практические модели и аниматронику, благодаря чему грабоиды выглядят осязаемо и фактурно. Особую вишенку на торте добавляет эволюционная логика: монстры учатся, адаптируются и впервые выбираются на поверхность, превращаясь в шустрых двуногих тварей — это свежее решение, которое не дает сюжету топтаться на месте и расширяет мифологию вселенной.
Увы, без потерь не обошлось. Отсутствие Кевина Бэйкона заметно. Кристофер Гартин в роли Грейди старается, но его герой не обладает той искрой и обаянием, что делали оригинальных персонажей такими живыми и харизматичными. Сценарий тоже не блещет новизной, повторяя многие находки предшественника, а финал ощущается предсказуемым. Тем не менее, «Повторный удар» — вполне честный и увлекательный сиквел, который не стыдится своей B-классовости и обращается напрямую к преданной аудитории. В 1996 году эта лента стала настоящим подарком для тех, кто ценит старомодные монстр-муви с характером, живыми эффектами и чувством юмора, а последующие два продолжения только подтверждают — вселенная грабоидов жива, пока есть зрители, готовые смеяться и вздрагивать вместе с ней.
6. Синдром Стендаля / La sindrome di Stendhal / The Stendhal Syndrome (Италия)
Режиссер: Дарио Ардженто
Шестую позицию занимает работа маэстро итальянского хоррора Дарио Ардженто — «Синдром Стендаля», когда режиссер переживал не самый яркий период своей карьеры. Конец девяностых вообще был беден на выдающиеся ужасы, и даже такие мастера, как Ардженто, сдавали позиции по сравнению со своими вершинами семидесятых и восьмидесятых. Тем не менее, этот фильм — убедительное доказательство того, что даже «слабый» Ардженто остается мастером, способным создать напряженный, визуально роскошный и психологически сложный триллер, который на голову выше большинства хоррор-поделок того времени. Картина заметно выделяется на фоне других работ режиссера: она не укладывается в привычные рамки, поскольку личность убийцы здесь не является загадкой, а акцент смещен с внешней стилистики убийств на внутренний мир героини, что делает ленту скорее психологическим хоррором с элементами детектива.
В центре сюжета — детектив Анна Манни (Азия Ардженто), специалистка по сексуальным преступлениям, которая ведет расследование серии изнасилований и убийств. Параллельно героиня страдает от редкого расстройства — синдрома Стендаля, при котором созерцание произведений искусства вызывает головокружение, галлюцинации и потерю связи с реальностью. Именно эта особенность становится ключевой: Ардженто искусно переплетает внутренние кошмары Анны с внешней жестокостью преступника, создавая пространство, где грань между реальностью и бредом стирается. Азия Ардженто идеально вписывается в образ — ее юный вид парадоксально сочетается с внутренней хрупкостью и профессиональной жесткостью, что делает персонажа по-настоящему живым. Отдельного упоминания заслуживает немецкий актер Томас Кречманн, чья игра добавляет картине необходимого напряжения, однако именно Азия остается бесспорным центром всей истории.
Технически «Синдром Стендаля» безупречен: операторская работа и художественное оформление выдержаны в фирменном арджентиевском стиле: яркие цветовые контрасты, выразительные композиции и хирургическая точность в каждом кадре. А великий Эннио Морриконе, написавший саундтрек, создает атмосферу ледяного ожидания: без преувеличения его музыка завораживает, идеально оттеняя визуальные кошмары и подчеркивая нервную фактуру происходящего. Пусть этот фильм и уступает великим работам Ардженто 70-х вроде «Суспирии», но в 1996 году он стал настоящим глотком свежего воздуха для поклонников жанра, предложив интеллектуальный, визуально изысканный и по-настоящему жуткий опыт. «Синдром Стендаля» — обязательный просмотр для всех, кто ценит европейский хоррор, психологическую глубину и режиссуру, не боящуюся исследовать темные уголки человеческой психики.
5. Дипломная работа / Thesis (Испания)
Режиссеры: Алехандро Аменабар
Пятую строчку ТОПа занимает дебютный фильм 24-летнего испанца Алехандро Аменабара — картина, которая не только стала триумфом на родине, собрав семь премий «Гойя», но и задала новые стандарты для европейского хоррора. В центре сюжета — студентка кинофакультета Анхела (блистательная Ана Торрент), пишущая диплом о насилии на экране. В архиве вуза она находит старую видеокассету, где запечатлена реальная казнь пропавшей девушки. Так случайная находка превращается в опасное расследование: кто-то из преподавателей или студентов снимает снафф-ролики, и теперь Анхела, ее новый знакомый Чема (Феле Мартинес), одержимый киноужасами, и таинственный Боско (Эдуардо Норьега) оказываются втянуты в игру, где ставка — собственная жизнь.
Аменабар не стремится шокировать открытой жестокостью — напротив, он показывает ровно столько, чтобы зритель сам додумал остальное. Фильм начинается с железнодорожной станции, где человек бросился под поезд: охрана закрывает обзор, но толпа жадно тянется к краю платформы. Этот кадр становится ключом ко всей ленте — режиссер исследует природу нашего любопытства к смерти и насилию, задавая неудобные вопросы о том, что мы готовы смотреть и почему.
Главное достоинство фильма — живые, прописанные персонажи, которые не теряются на фоне детективной интриги. Анхела и Чема — странная пара с неуклюжей химией, их диалоги и совместные поиски создают естественное напряжение, а третий участник, Боско, добавляет истории двусмысленности и неожиданных поворотов. Аменабар умело выдерживает темп: он дает зрителю время проникнуться героями, но при этом не позволяет сюжету провисать. В итоге «Дипломная работа» оказывается размышлением над природой зла, которая остается актуальной спустя три десятилетия. За умный сценарий, блестящую режиссуру и актерский ансамбль эта лента по праву занимает свое место в пятерке лучших ужасов 1996 года, а также доказывает, что даже без бюджетных спецэффектов можно создать по-настоящему жуткое и запоминающееся кино.
4. Колдовство / The Craft (США)
Режиссер: Эндрю Флеминг
На четвертом месте находится картина Эндрю Флеминга, которая в 1996 году стала настоящим феноменом, породив целое поколение поклонников неоязыческой эстетики. Действие разворачивается в католической школе модной Калифорнии, куда переезжает Сара (Робин Танни) — девушка с темным прошлым. Она быстро находит общий язык с тремя изгоями: готичной Нэнси (Файруза Балк), застенчивой Бонни (Нив Кэмпбелл) и Рошель (Рэйчел Тру), которую травят за цвет кожи. Девушки практикуют магию в духе современного викканства, и Сара становится четвертой в их круге. Сначала колдовство помогает им решать школьные проблемы, но очень скоро (прежде всего из-за неуравновешенной Нэнси) игра выходит из-под контроля и оборачивается против самих волшебниц.
Главный плюс «Колдовства» — его персонажи, особенно ансамбль молодых актрис, которые превращают потенциально шаблонный сюжет в глубокую историю о боли, изоляции и жажде власти. Файруза Балк, выдает мощнейшую роль: ее Нэнси — сломленный подросток, живущий с жестоким отчимом и отстраненной матерью, и магия для нее — единственный способ вырвать контроль над жизнью. Нив Кэмпбелл убедительно передает стыд из-за шрамов, покрывающих ее тело, а Рэйчел Тру — первая, кто осознает, куда заводит бездумное использование сил. Проблема лишь в том, что главная героиня Сара, призванная быть голосом совести, оказывается на их фоне пресноватой и деревянно-правильной: она просто постоянно одергивает подруг, в то время как те действительно проживают на экране бурные эмоции. Эта асимметрия, однако, не разрушает фильм, а скорее подчеркивает главную мысль: власть опьяняет, и остановиться куда сложнее, чем начать.
Стилистически «Колдовство» — идеальный слепок своего времени: саундтрек с группами Sponge и Love Spit Love, клиповая плавность режиссуры Флеминга и цифровые эффекты (превращение пальцев в змей, полеты во сне), которые пусть сегодня выглядят наивно, но в середине девяностых казались прорывными. Несмотря на технический возраст, лента держится благодаря актерской харизме и продуманному сценарию, который не боится показывать ведьм активными действующими лицами. «Колдовство» стало трамплином для интереса к викканству и напрямую повлияло на ведьмовскую тематику в сериалах конца девяностых — от «Баффи» до «Зачарованных». Это подростковый хоррор, который рассматривает серьезные вопросы о травмах, взрослении и ответственности и при этом остается невероятно увлекательным зрелищем, заслуженно занимающим почетное четвертое место.
3. Страшилы / The Frighteners (США, Новая Зеландия)
Режиссер: Питер Джексон
Бронзовый призер нашего рейтинга — картина новозеландца Питера Джексона, снятая за пять лет до его триумфального «Властелина колец». «Страшилы» — самый необычный фильм ТОПа: он слишком жесток для чистой комедии и слишком нелеп для серьезного хоррора, создавая уникальный коктейль из черного юмора, романтики, фэнтези и настоящих ужасов. В центре сюжета — архитектор Фрэнк Баннистер (Майкл Джей Фокс), который после гибели жены в автокатастрофе обретает способность видеть призраков. Вместо того чтобы строить дома, он бросает профессию и становится мошенником: Фрэнк сговорился с тремя покойниками (суровым Сайрусом, болтливым Стюартом и эксцентричным Судьей), чтобы те пугали жильцов, а он за деньги их «изгонял». Однако тихая афера рушится, когда в городе появляется таинственный Жнец — сущность, убивающая людей в строгом числовом порядке, оставляя метки на их лбах.
Сюжет набирает обороты, когда доктор Люси Лински (Трини Альварадо) сталкивается с полтергейстом, а ее муж внезапно умирает от сердечного приступа — и Фрэнк понимает, что стал главным подозреваемым. В город прибывает психопатичный агент ФБР Милтон Даммерс в блестящем исполнении Джеффри Комбса, чья маниакальная одержимость серийными убийцами превращает его как в комичного, так и в по-настоящему жуткого антагониста.
Джексон демонстрирует все свои фирменные приемы, которые позже прославят его на весь мир: смелые операторские решения, безупречный монтаж и визуальные эффекты, на момент выхода считавшиеся передовыми, и все это сдобрено отменным черным юмором, который то и дело прорывается сквозь мрачные декорации. Актерский состав работает на все сто: Майкл Джей Фокс превращает потенциально трагичного героя в харизматичного авантюриста, за которым хочется следить; Трини Альварадо добавляет романтической линии необходимую теплоту, а Комбс в роли безумного федерала — настоящая находка, каждый его выход буквально крадет сцену и всё внимание. «Страшилы» могли бы войти в историю как просто странный фильм, но благодаря мастерству постановщика, блестящему сценарию и выдающимся практическим эффектам они поднимаются на третье место нашего рейтинга (и остаются одним из самых изобретательных и недооцененных хорроров девяностых, который обязателен к просмотру для всех, кто ценит смесь ужаса, смеха и искреннего человеческого тепла).
2. От заката до рассвета / From Dusk Till Dawn (США)
Режиссер: Роберт Родригес
Серебряный призер — картина, которая начинается как бандитский триллер, а заканчивается как кровавая бойня с вампирами, и этот кульбит стал главным козырем ленты. Режиссер Роберт Родригес и сценарист Квентин Тарантино, уже успевшие поработать вместе над «Отчаянным», в 1996 году выдали нечто совершенно безумное. Сюжет закручен классически: братья-преступники Сет и Ричард Гекко (Джордж Клуни и сам Тарантино) после ограбления банка и серии убийств берут в заложники пастора Джейкоба Фуллера (Харви Кейтель) и его детей, чтобы на их фургоне пересечь мексиканскую границу. Встреча с криминальным авторитетом приводит их в придорожный бар «Титти-Твистер», где на первый взгляд собирается странная публика — байкеры, стриптизерши и мрачные типы. Но уже через полчаса экранного времени бар превращается в осажденную крепость, а его посетители — в полчища кровожадных вампиров.
Гениальность фильма — в полной неожиданности этого поворота для зрителя. Первая половина выдержана в лучших традициях тарантиновской криминальной драмы: остроумные диалоги, напряжение между Кейтелем и Клуни, мрачный психологизм и почти никаких намеков на сверхъестественное. Актеры блестяще отыгрывают своих персонажей: Клуни воплощает обаятельного негодяя с кодексом чести, Тарантино — его безумного брата, а Кейтель — священника, потерявшего веру, который оказывается самым стойким в борьбе с нечистью. Когда же бар закрывается снаружи и начинается вакханалия, фильм переключается на другую скорость: юмор становится еще чернее, графика — изобретательнее, а смерть превращается в зрелищный аттракцион с неожиданными способами уничтожения вампиров (распятия, осиновые колья и даже водяные пистолеты со святой водой).
Отдельного упоминания заслуживает культовая сцена с танцем Сальмы Хайек, она стала визитной карточкой фильма и одним из самых запоминающихся моментов хорроров девяностых. Визуально Родригес работает на пределе: динамичный монтаж, яркие цвета, практические спецэффекты с обилием крови и грима, которые выглядят фактурно и сегодня. Сценарий Тарантино щедро сдобрен остротами и цитатами, которые разошлись на мемы. «От заката до рассвета» — именно тот случай, когда фильм держит зрителя в неведении до самого конца, при этом жанровый поворот не кажется натянутым, а наоборот, усиливает впечатление. За дерзость, оригинальность и безупречную исполнительскую работу картина Родригеса уверенно занимает второе место: она переворачивает представление о том, каким может быть хоррор, смешивая кровь, смех и неожиданную человечность в идеальных пропорциях.
1. Крик / Scream (США)
Режиссер: Уэс Крэйвен
Вершину нашего рейтинга занимает фильм, без которого этот список был бы немыслим — картина Уэса Крэйвена, навсегда изменившая лицо жанра. В 1996 году, когда подростковые слэшеры превратились в безликий конвейер, а зрители устали от вампиров и призраков, Крэйвен вместе со сценаристом Кевином Уильямсоном по сути создал манифест нового поколения. Сюжет обманчиво прост: в маленьком городке Вудсборо таинственный убийца в маске Призрачного лица начинает охоту на старшеклассницу Сидни Прескотт (Нив Кэмпбелл) и ее друзей. За спиной Сидни — травма потери матери, убитой год назад, и именно это прошлое становится ключом к разгадке.
Главная революция «Крика» в его ироничной самоосознанности: персонажи не следуют шаблонным правилам ужасов, а обсуждают их (говорят о правилах выживания в фильме ужасов и смеются над тем, что зрители обычно кричат экрану — по типу «Не ходи туда!»). Когда герои сами проговаривают эти клише, фильм и страх в нем начинают приобретать совершенно новую форму. Уильямсон и Крэйвен берут каждый штамп жанра (от глупого помощника шерифа до невинной блондинки, которая оказывается главной героиней) и переворачивают его с ног на голову. Особенно сильна сцена в первые десять минут: Крэйвен убивает персонажа, которого по всем законам жанра должны были оставить в живых, и зритель понимает: привычной банальщины тут не будет. Маска убийцы стала символом десятилетия, затмив даже хоккейную маску Джейсона, а обаятельные диалоги и черный юмор превратили слэшер в интеллектуальную комедию с обилием крови.
«Крик» стал отправной точкой для целого поколения хорроров, но главное — он подарил жанру новую жизнь. Благодаря этому фильму жанр перестал быть уделoм маргиналов и вернулся в мейнстрим: появились умные, циничные и самоироничные ужасы, где зритель не только пугается, но и смеется или размышляет. К сожалению, бесчисленные подражатели и пародии вроде «Очень страшного кино» притупили остроту оригинала, превратив его находки в клише второго порядка, но все же сам оригинальный «Крик» остается безупречным: великолепный актерский ансамбль (Кэмпбелл, Кортни Кокс, Дэвид Аркетт), изобретательная операторская работа и финал, который держит в напряжении до последней секунды, делают его абсолютным шедевром. За новаторство, дерзость и безупречное исполнение «Крик» по праву занимает первое место в нашем рейтинге лучших фильмов ужасов 1996 года, и остается обязательным просмотром для всех, кто хочет понять, как выглядит настоящая магия кино.
Заключение
Собирая эту десятку по крупицам, нельзя не заметить, что и за её пределами остались работы, заслуживающие хотя бы беглого упоминания. Любители японского киберпанк-безумия могут оценить «Любовь к резине» / Rubber's Lover — чёрно-белый индастриал-хоррор о психоделических экспериментах по извлечению энергии из боли. Продолжение успешного «Демона ночи» — «Байки из склепа: Кровавый бордель» / Bordello of Blood — попыталось повторить успех, но уже скорее как развязная вампирская комедия с Деннисом Миллером и Кори Фельдман. Четвёртая часть «Восставшего из ада» — «Кровное родство» / Hellraiser: Bloodline отправила Пинхеда в космос, чем фактически поставила крест на театральной судьбе франшизы, но подарила поклонникам любопытный исторический пролог. Для тех, кто ценит формат антологий, вышла «Трилогия ужаса 2» / Trilogy of Terror II — скромный телевизионный сиквел с пугающей куклой-убийцей. А на ниве профессиональных кошмаров отличились «Дантист» / The Dentist — тошнотворный слэшер с обезумевшим стоматологом, и совсем уж маргинальный «Глава семейства» / Head of the Family про влюблённого гиганта с огромной головой, управляющего семейкой фриков.
Были экранизации Стивена Кинга, уже упомянутый в ТОП-10: «Худеющий», который добросовестно перенёс на экран бахмановскую мрачность и «Иногда они возвращаются... снова» уже только поверхностно опирающийся на кинговский рассказ, превратившись в самостоятельную мистическую страшилку. Совсем грустно обстояли дела с сиквелами: «Дети кукурузы 4: Сбор урожая» окончательно превратили франшизу в откровенный ширпотреб, а «Газонокосильщик 2: За пределами киберпространства» умудрился сделать то, что казалось невозможным — оказался ещё хуже, чем первый фильм.
Таким образом, 1996-й остался в истории хоррора годом великого одиночки. Он дал невероятно мало, но то, что дал — и в первую очередь «Крик» — навсегда изменило ландшафт жанра.